an_babushkin (an_babushkin) wrote,
an_babushkin
an_babushkin

Categories:

Поездка во Францию

1) Приезд.

Париж 2010 встретил меня жуткими ценами на билеты на RAR, представляющий из себя это нечто среднее между метрополитеном и пригородными электричками и имеющий общую сеть с парижским метро (удовольствие доехать в один конец из аэропорта «Шарль де Голль» до Люксембургского дворца обошлось мне в 8 с лишним евро) и почти полным отсутствием среди парижан тех, кто знает английский.




В 2003 году, когда я посетил Париж в последний раз,  знатоков английского среди парижан было больше. Куда делись, непонятно.

Аэропорт Шарль де Голль по прежнему подавляет своими колоссальными размерами. Минут через 15 в вагоне, заполненном самым разнообразным людом – от тихих старушек до громко орущих что- то друг другу негров, добираюсь до станции местного метрополитена. Часть его трассы проходит на поверхности и ничем не отличается от нашей электрички. Проезжаем несколько обшарпанных наземных станций весьма непарижского вида и оказываемся в подземке. Станции подземки старые, потолки низкие. Серые стены без претензии на роскошь, кирпичные арки потолков, мощные стальные балки: старые станции подземки, построенные примерно век назад, выглядят не очень.

Зато на выходе из метро меня встречает настоящий Париж. Нарядные дома и домики с лепниной в стиле барокко, деревянные ставни – жалюзи,  верхние этажи – мансарды, роскошные сады на крышах и балконах тяжелыми ветвями растений, перевешивающихся через перила.

На обратном пути неправильно выбрал маршрут в аэропорт и опоздал на посадку. Дело в том, что линии парижской подземки и RAR многократно пересекаются друг с другом, до одной и той же станции можно добраться, подчас , 5-6 различными способами. Кроме того на станциях нет указателей того, куда же собственно едет наш поезд. Поэтому я выбрал неудачный маршрут, проехал пяток станций в другую сторону, а, прибыв в аэропорт, обнаружил, что билеты на выход  там не продаются. Потыкавшись в закрытые турникеты, я по- московски пристроился за какой-то могучей негритянкой и покинул  гостеприимную станцию приезда На мое счастье, французы иногда тоже опаздывают, и вылет моего самолета счастливым образом задержался до моей в него туда посадки.

2) Наша парижская гостиница и ее окрестности.

Станция «Люксембург» находится около Люксембургского дворца, в котором располагается французский сенат. Дворец окружен парком с высокой металлической оградой, ворота которой открыты для парижан и непарижан до 19.45. Парк очень красивый и есть в нем все, что душе угодно – от старинных статуй и скамеек, до пальм, растущих в огромных кадках и мест для занятия спортом. На одной из стен – огромные фотографии в специальных рамках. На большинстве фотографий – Европа 70- х годов. Когда мимо проходят посетители, начинает звучать музыка.

С трудом нахожу маленькую улочку Rue Jeam Bearn, на которой находится одноименная гостиница. Двухвездочная гостиница находится в старинной 5- этажном доме, окна которого закрыты неизменными ставнями.  На каждом этаже – по 7 номеров. Ключи от номера не сдаются, а просто вешаются на стенд, и затем также самостоятельно забираются. Лифт гостиницы наверняка помнит еще первый президентский срок Шарля де Голля.  Можно подняться наверх и по крутой винтовой лестнице, ступени которой ссужаются к перилам до такой степени, что туда не поставит ногу и 3 – летний малыш. Отсутствие роскоши и претенциозности компенсируются уютом и каким – то особым парижским духом этой маленькой гостиницы.

Рядом с гостиницей – маленькое 2 – этажное здание полицейского комиссариата.

На соседней улице – католический университет. В старинной (готика, примерно 16 век) арке, ведущей во двор университета, 2 электронных табло: на одном расписание занятий (тема, время, аудитория, преподаватель), на втором – что то непонятное на французском языке.

Овощной магазин радует глаз выставленными при входе овощами и фруктами. Но продавец находится внутри. Покупатели сами берут то, что им надо и отправляются вовнутрь, чтобы оплатить приобретенный товар.

Прямо напротив отеля – супермаркет. В нем продается около 100 различных видов французского  сыра. Большая часть сыров расфасована в упаковочки по 100- 300 грамм. Цена за упаковочку колеблется от 1 с хвостиком до 3 – 4 евро. Некоторые сыры упакованы в деревянные коробочки. Покупаю сыр с плесенью, который просто тает во рту. Во Францию можно приехать хотя бы для того, чтобы попробовать десятки экзотических видов сыра, которых нет не только в России, но, пожалуй больше нигде, разве что только Швейцарии (через 2 месяца я выяснил, что ошибся, обнаружив французский сыр в супермаркете Хельсинки).

Почти на каждой улице – стоянки велосипедов. Вы покупаете специальную карту velib (свободный велосипед) на 1 (1 евро),  неделю (5 евро) или год (30 евро), оплачиваете залоговую стоимость (30 евро), засовываете карту в специальный автомат, и велосипед Ваш, езжайте , куда хотите.  Первоначально эксперимент со «свободными велосипедами» был начат лет 20 назад в Ля-Рошели, затем перекинулся на Лион, а 3 года назад стоянки «свободных велосипедов» появились и в Париже. Стали строиться специальные велосипедные трассы. Массовое появление велосипедистов вызвало бурный протест водителей.  Возросло количество аварий. Власти распространили на велосипедистов те же правила, что и на водителей автомобилей, вплоть до проверки на алкоголь. Тем не менее велосипед в Париже очень популярен и помогает преодолеть пробки.  

В окрестностях – множество маленьких магазинчиков, где продаются самые разнообразные дешевые подарки, в том числе и по 1 евро. Я накупил всевозможных таймеров, свечей, кружек и прочих кошельков, исходя из критериев дешевизны и оригинальности.  

Население Парижа – 2 млн., общее же население провинции Париж составляет 10 мн. человек, или примерно 1/6 часть населения Франции. 

После конференции в Гуманитарном университете, расположенном в 3 кварталах от гостиницы, мы отправились в Леон.  На конференции познакомился с ученными, исследующими российскую и  тюрьму, а также с Филипп Шантре, который пишет книгу о Б.Н. Ельцине.

3) Поездка Париж – Леон.

Садимся на станции «Люксембург» в метро, добираемся до пересадочной станции и, не покидая подземку, пересаживаемся на поезд RARа в 2 -этажный вагон. Еще через одну остановку, поднявшись на эскалаторе и пройдя через какой – то тоннель, попадаем на Лионский вокзал, один из 7 железнодорожных вокзалов Парижа.

Вокзал по архитектуре похож на Киевский вокзал Москвы. Очевидно в конце 19 – начале 20 века подобная архитектура рассматривалась, как общепринятый архитектурный вокзальный стандарт.

Двухэтажные скорые поезда с обтекаемыми контурами должны домчать нас до Леона за 2 часа. При расстоянии Париж – Леон в 470 км. они мчатся  240 км. в час.

Компостируем билет и проходим на платформу. Никаких турникетов здесь нет, хотя пассажиров в поезде и может навестить контролер.  

Поднимаемся на 2-й этаж. Специальные обширные багажные полки принимают наши чемоданы. Над широкими удобными креслами  – лампочки ночного освещения, перед сидениями – откидные столики. Широкие окна занимают большую часть стен.

Через минут 20 разгоняемся до 260 км. За окном проносятся деревья, пашни и дороги. Городов  не видно. Огромная скорость почему – то не воспринимается в своем реальном масштабе, кажется, что едем, максимум со скоростью  в 120-130 километров.

Проезжаем через Бургундию. Появляются холмы, зеленые долины, коровы, домики с черепичной крышей.  Здесь множество замков и ферм, построенных в виде крепостей, однако мы проносимся лишь мимо нескольких из них, небольших замков – усадеб и расположенных на вершинах холмов потемневших от времени церквей. В долинах мелькают идеально ровные невысокие посадки винограда. Здесь растут сорта шардоне, пононуар и черный виноград сера. Все они  в основном идут на изготовление вина.

На обратном пути  в Париж еду один. Долго не могу найти 17 вагон. Служащий железной дороги показывает мне на какую – то дверь. Нахожу свое 102 место на 2-м этаже, однако за минуту до отправления меня оттуда сгоняет какой – то месье в костюме; оказывается я все – таки перепутал вагоны, так как они нумеруются не последовательно, а по какому – то неизвестному мне принципу.. Добежать до «своего» вагона я уже не успеваю, сквозного же прохода через поезд нет. На мое счастье на первом этаже вагона обнаружилось много свободных  мест. Однако счастье длилось  недолго. Пришел контролер и рассказал, что я оказался в вагоне первого  класса, где проезд стоит не 30, а 83 евро, которые мне предложили доплатить. Пришлось эмигрировать в вагон 2- го класса, где я трудом нашел место. Отличий между классами три: в вагоне 2- го класса в ряду располагается 4, а не 3 кресла, отсутствуют розетки и намного больше  пассажиров. Поэтому, оказавшись во Франции, будьте внимательны при  посадке, а не есть шансы, проехать всю дорогу стоя.       

4) Языки Франции.

В эту поездку меня заинтересовали языки Франции.

Французы, как и наши аристократы начала 19 века, ясное дело, говорят по-французски.

Однако французский – не единственный язык коренного населения страны. Жители Корсики говорят на корсиканском языке. Жители Эльзаса и Лотарингии –  родственном германскому эльзаском. Нормандцы- на нормандском, относящемся к кельтской языковой группе и родственном ирландскому и уэлльскому. На юно- западе Франции живут баски, язык которых не родственен ни одному современному языку в мире. Полагают, что баски – дальние родственники этрусков и кавказских народов – древнейших обитателей средиземноморья. Коренные жители Провансаля говорят на провансальском языке. На  юге Франции есть те, кто говорит на акситанском язык, на котором  разговаривали средневековые катары. На акситанском языке поет певец Андре Мьенвяль.  Акситанский язык похож на каталонский и провансаль. Акситанский  язык местными жителями используется редко, однако школы на этом языке есть.  Все языки, кроме корсиканского, изучаются добровольно, и только корсиканский является обязательным для изучения в школах на Корсике.

Некоторые исследователи считают отдельным народом пекардцев, живущих в 100 км. севернее Парижа.

Свой диалект имеется и в Савое.

В 1970-е Францию затронул рост регионалистских и сепаратистких настроений. Корсика, баски и Бретань требовали отделения. В Бретани был создан Фронт освобождения Бретани. В 1982 году в стране произошла децентрализация, права 22 провинции Франции были существенно расширены,  что привело к спаду сепаратистских настроений.

В Эльзасе, как в Германии и Турции, священники всех конфессий, финансируются за счет государства. Такой же порядок существовал  на территории всей Франции до 1905 года. В школах Эльзаса в обязательном порядке  изучают религию.  

Во Франции существует дискриминация по происхождению к арабам и африканцам. Отношение к китайцам и азиатам более терпимое, их берут на работу охотнее. Для борьбы с дискриминацией введен порядок при котором при направлении резюме будущему работодателю соискатель не указывает своих национальности и фамилии.

Борьбой с дискриминацией занимается служба «Альде». Те, кто столкнулся с любой формой дискриминации, может обратиться в эту службу. «Альде» вправе предать факт дискриминации гласности и оштрафовать предприятие, допустившее дискриминацию.  

5) Лион.

Лион – третий во величине город Франции, столица департамента Рона – Альпы. Он стоит на реках Рона и Сона, которую пересекаем на поезде. Реки делят город на 3 части. Мы прибываем на северную часть, круглый стол, в котором  мы участвуем, проходит на полуострове, образуемом обоими реками, гостиница же наша, находится в Южной части.

Название Лиона, вопреки тому, что у думал,  не имеет никакого отношения к слову «лев», а является французским произношением римского  названия Лугдум. Именно так город назывался 2 тысячи лет назад при римлянах.  

Лион – центр фармакологической промышленности Франции. Поэтому реки  здесь грязные и купаться в них нельзя: производство лекарств требует в жертв.

На набережной Роны к перилам приделаны какие – то многочисленные блестящие металлические ящики; оказывается, это лотки букинистов. Правда, нам не  повезло, и лотки были закрыты. Зато рядом находился магазин псевдоантиквариата, где за пару – тройку евро можно было купить статуэтки и вешалки, выполненные под 19 век. Я приобретаю в них керамическую голову собачки

На стенах многих домов – картины, нарисованные прямо на штукатурке или кирпичной кладке. Однако это не наши граффити, а настоящие картины, иногда размером 15 на 15 метров. На одном из домов изображены известные жители Лиона – от Луи Пастера до каких- то особ королевской крови, с которыми я, к сожалению, не знаком. Картина выполнена в виде фасада дома  с многочисленными балконами, на каждом из которых стоит по несколько выдающихся лионцев.

Значительная часть города находится на холмах, поэтому узкие улочки то и дело круто убегают вверх- вниз. В связи с этим существует интересная особенность работы проката свободных велосипедов. Специальная автомашина забирает велосипеды со стоянок, находящихся внизу, и отвозит их на стоянки, расположенные сверху.

Ставней на окнах лионских домов меньше, чем в Париже, зато почти все окна отличаются тем, что  их нижняя треть закрыта красивыми ажурными решетками. Почти каждую хочется сфотографировать, однако у меня совсем некстати садится фотоаппарат ( в Москве этот шедевр китайской фототехники и вовсе похитили) .

Некоторое время назад в городе были уничтожены все трамвайные пути, мол, трамвай уже  устарел. Однако вскоре городские власти убедились, что это не так. И им пришлось вновь прокладывать трамвайные линии. Сегодня они  пронзают Лион в трех направлениях. Лионские трамваи состоят из одного гибкого длинного – предлинного вагона, эдакого мини- поезда.

Мэрия города находится в дворце в стиле барокко. Все мэрии французских городов почему – то называются «Отель Девиль».

Поднимаемся по живописной лестнице, у основания которой два черных каменных льва извергают струи воды в объемистые чаши. В середине лестницы растет что – то хвойное, но в Москве неизвестное. Здесь же, прямо посреди лестницы,  находится вход в старинное здание. Это – мэрия Первого района Лиона.

Именно здесь проходит круглый стол, посвященный пенитенциарной системе России и политзаключенному Алексею Соколову, бросившему вызов злоупотреблениям в тюремной системе Свердловской и Челябинской областей. Его  организаторами выступают мэрия первого района и инициативная группа жителей Лиона в защиту Алексея Соколова. Группа состоит из 9 человек и ее возглавляет аспирантка Ирина Чернева, которая родилась в Свердловске. На круглом столе присутствует мэр района и около 50 лионцев, от относительно молодых до весьма старых. Но молодежи, кроме  организаторов, немного. После наших выступлений нам задают вопросы. Участников встречи интересует изменение российской политики по сравнению с 1990-ми, состояние прав человека в тюрьмах Чечни, риски правозащитной деятельности в России.

После конференции ужинаем в берберском кафе (французский аперитив «кир» - говорят, что именно от него пошло слово «кирять», огромный казан какой – то каши, варенные орешки леб-лебия, многочисленные варенные овощи, курица с картошкой, бараньи ребрышки, шашлык , увы подгоревший; всего этого очень много и нам  вдесятером съесть все это не удается).

Затем на такси едем в гостиницу. Таксист – один из участников круглого стола. По разговору скорее напоминает не таксиста, а профессора права. У такси прозрачная крыша, под которой укреплены лампочки с буквами А,В,С,Д. Две из них означают виды дневного тарифа, 2 – ночного. Горящая лампочка указывает на применяющийся тариф. Если таксист применяет не тот тариф, то полиция вправе его оштрафовать. Вспоминаю разговоры о том, что у российской милиции, мол, очень много функций, и надо ее от части из них освободить. А вот лионскеая полиция как- то справляется.

Чуть ли не через каждый дом – мемориальная доска, посвященная памяти тех, кто погиб, освобождая Лион от фашистов. Кстати, рядом с мэрией первого  района располагается лицей, где учились лионские лицеисты, расстрелянные фашистами 8 февраля 1944 года, в память о которых с 1960-ов годы стал отмечаться День юного героя-антифашиста.

После берберского ресторана едем в католическую гостиницу, где останавливаемся на ночь.  Входная дверь закрыта. Но наши хозяева открывают ее своим ключом, есть у них ключ и от наших номеров – их организация уже несколько лет сотрудничает с этой гостиницей. Номер маленький, туалет и ванная находятся в пластиковой кабинке, на столе лежит маленький томик «Нового завета». Гостиница находится на том самом холме, на котором мы днем видели величественный готический храм и местную Эйфелеву башню. Забываю закрыть дверь и под утро ко мне заходит какая- то тетя, но, увидев, что номер занят, ретируется.

Прямо рядом с отелем – римский амфитеатр примерно на 10 тыс. мест: зрелища в Лугдуме организовывались с размахом Летом здесь проходят спектакли и концерты. Бродим по развалинам  каких-то комнат и едем к готическому храму, на средневековой площади около которого завтракаем в кафе.        

6) Контроль за тюрьмами.

Одна из целей нашей поездки в Лион –знакомство с французской системой контроля за тюрьмами.

Беседуем в корсиканском кафе Лиона с Генеральным инспектором мест заключения Франции Бернардом Бользом. У Бернарда много работы, поэтому он не смог присутствовать на круглом столе, и согласился посидеть с нами в кафе. Одной рукой отрезаю кусочки от кролика, другой – записываю то, что рассказывает Бернар.

В 1990-м году им была создана общественная организация - Национальная обсерватория (можеть быть лучше перевести ее название, как «Национальное наблюдение»). Основная идея организации состояла в том, чтобы жители каждого города осуществляли общественный контроль за тюрьмами своего города. За основу Больз взял модель работы «Международной амнистии» с поправкой на то, что группы «Международной амнистии» занимались чужими странами, а группы членов «Национальной обсерватории» должны были заниматься «своей» городской тюрьмой.

Во Франции 200 тюрем, где отбывает наказание 60 тысяч заключенных.  Задача состояла в создании 200 локальных групп для контроля за тюрьмами. Затем планировалось распространить опыт такого контроля на другие страны.

Первым методом работы стало составление вопросника из 300 вопросов и проведение при его помощи исследований. Экспертами стали юристы, соц работники, врачи, педагоги, которые должны были создать идеальный вопросник, основанный на УПК, ЕПП, Минимальных стандартных правилах обращения с заключенным. Например, одна  из групп  вопросов должна была помочь установить, питаются ли осужденные 3 раза в день, стабильны ли часы приема пищи, подходящей ли является температура пищи,  достаточна ли объем пищи, принимается ли во внимание возраст заключенного, его вероисповедания, состояние здоровья, род его занятий, есть ли питьевая вода.

Было создано от 30 до 40 групп добровольцев, которые приняли участие в Генеральной ассамблее. Но в центральном офисе в Париже решили, что волонтеры  создают много проблем.

Всю власть в Обсерватории сосредоточил в своих руках аппарат, получающий зарплату, находящийся в Париже, который лишил региональные группы их прав. Центральный аппарат направлял в регионы своих экспертов. Это привело к тому, что большая часть добровольцев в регионах перестала заниматься этой деятельностью. Эксперты  юристы не поняли основной идеи общественного контроля и стали вести себя, как привыкли вести, занимаясь адвокатской деятельностью. Причиной трансформации стала профессионализация работы. Кроме того и руководить структурой наемных экспертов проще, чем независимыми гражданами. Тем не менее работа Обсерватории дала свои плоды, так как раньше правами человека в тюрьме интересовались христиане либо анархисты.

Одним из  результатов деятельности Национальной  Обсерватории стало учреждение  института независимых тюремных инспекторов во главе с Генеральным инспектором.

Генеральный инспектор тюрем никому не подотчетен. Он является самостоятельным административным институтом. Он назначается Президентом Республики с согласия обоих Палат Парламента сроком на срок 6 лет. Данная должность была учреждена в 2008 году.  Специального механизма выдвижения нет. Он не может быть снят со своей должности или назначен 2 раза подряд. Генеральный контролер самостоятелен в расходовании своего бюджета.

Инспектор получает зарплату в том же размере, что получал ранее. Зарплата составляет от 3 до 10 тыс. евро в месяц. Аппарата у инспекторов нет.

Рапорта пишет главный контролер на основании материалов, выявленных национальными контролерами. Эти рапорта (доклады) о выявленных нарушениях направляются  Президенту  Франции с другие органы власти.

Среди инспекторов  не только правозащитники, но также адвокаты и тюремные сотрудники,

В год происходит примерно 150 посещений на 6000 мест лишения свободы (тюрьмы, полицейские комиссариаты, жандармерии, пограничные изоляторы, центры административного задержания, центры задержания иностранцев,  учреждения для несовершеннолетних, психиатрические больницы, где пациенты заключены на основании решения суда, отделы для заключенных в  отдельных больницах)

Кроме того во Франции существует и параллельная структура - Национальная ассоциация посетителей тюрем.   Увы, за неполных 3 дня пребывания ознакомиться  с ее работой  мы не успели.   



Subscribe
promo an_babushkin november 20, 2018 04:27 3
Buy for 100 tokens
Идея амнистии носится в воздухе. Призрак амнистии бродит по России. Ну и чего, спрашивается, он бродит? Количество заключенных по сравнению с 2000-м годом снизилось 1 миллиона 60 тысяч с до 680 тысяч. Исчезли камеры, где на 10 мест находилось 20 заключенных. В 2008 году в монотонную жизнь…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments